Голодная зима кризисного 98-го. Меня угораздило снимать новогоднюю программу. В ней должен быть эпизод, когда из нашей веселой студии с актерами и певцами, Дед Мороз неожиданно дарит телевизор случайным людям в глухой деревне. Такой легкий псевдо-интерактив. В те времена большой телевизор "Sony" - был крут не только для глухой деревни. Заехали наугад, километров сто от Москвы.
- +371 29477710
- talumala@inbox.lv
Самые продаваемые
Библиотека
Во всем, с точки зрения Ивана Васильевича, была прекрасна его работа как адепта богини исцеления Психотерапии. Здесь учишься жизни на шкуре собственных пациентов. Здесь же и постигаешь тонкости межличностных отношений. Мир становится здоровее и продуктивнее, в конце концов. Жизнь пациента птицей Феникс восстает из пепла - что может быть отрадней для сердца пытливого практика?
Этот звонок в самом начале рабочего дня испортил Ивану Васильевичу все настроение. Он знал, что помогает так, как следует, в аккурат и безукоризненно, далеко не всем пациентам. Но чтоб ему напоминали об этом, да еще в таком тоне? Нет уж. "В следующий раз скажу стандартную фразу, мол, Вы пришли ко мне слишком поздно, и не буду принимать", - решил Иван Васильевич.
Сегодня Иван Васильевич встал раньше будильника — несмотря на середину зимы, в окно светило солнышко, создавая на ковре у кровати такую пылающую ярко-желтую жизнерадостную полосу, что вопреки обыкновению захотелось выскользнуть из-под одеяла и лечь прямо на нее калачиком, греться и мурлыкать, как кот.
Однажды в контору позвонил один инвалид, человек, у которого не было обеих ног. Он рассказал, что живет в Шатуре, в собственном доме, и имеет некую интимную проблему, о которой жаждет рассказать психологу и получить консультацию. Намекнув, что средства у него есть, человек попросил Ивана Васильевича об услуге изувеченному человеку - приехать к нему.
Перед Иваном Васильевичем, смущенным и расстроенным, сидел на краишке потертого дивана его крестный, Дмитрий Петрович. Это был седоватый полный мужчина в свисающих складками серых брюках. Нос картошкой, глазки маленькие, полузаплывшие жиром. На его покрытой редкими волосками голове пригорюнился поникший, словно обессилевший, белый чуб.
Ох уж эта Лидка! После того памятного для Ивана Васильевича дня, как он спас ее от разрыва с любимейшей подругой, она просто на каждом углу возносила Ивану хвалы и пела дифирамбы. Валюшка уже начала смеяться над ней - ты, Лидок, мол, сколько мужа моего похвалами не кормишь, а он все в лес смотрит!
Многим, надеюсь, знаком анекдот про полковника на военной кафедре, который просматривая списки студентов начинает заходиться от хохота, чуть ли не до апоплексического удара, а затем, сквозь слезы, делится с коллегой: "Товарищ Пиздюхайло, дывись яка смешна фамилия у студента – ЗАЯЦ!!!"
На днях во френдленте промелькнул пост, в котором автор очень тепло вспоминал о своей бабушке. Она баловала его, покупая дорогие машинки, на которые у его родителей не было денег. А в ответ на их упреки - мол, зачем ребенка-то балуете, да и деньги тратите, она всегда говорила «Это всего лишь деньги», подразумевая, что есть вещи куда дороже презренного металла. Да, есть вещи куда дороже этих самых денег. И куда опасней.
Как-то ко мне во двор забрел старый, устало выглядящий пес. На нем был ошейник, и пес был весьма упитанным, так что я понял, что он не бездомный и за ним хорошо ухаживают. Пес спокойно подошел ко мне, я погладил его по голове; затем он зашел вслед за мной в дом, медленно пересек прихожую, свернулся калачиком в углу и уснул.
1941 год. Начало немецкой оккупации в маленьком городке Полтавской области. В бывший райком партии вселилась комендатура. Небольшой дореволюционный двухэтажный особняк. По коридорам снуют немецкие офицеры, взвод охраны, обслуга из местных. Стучат пишущие машинки, тренькают телефоны, немецкий порядок входит в свои права. В один из кабинетов, для разбирательства привели двенадцатилетнюю девочку. Ее поймали на улице, есть подозрение, что еврейка.
Я многого сейчас не понимаю.
Я не понимаю, почему моя мама потратила кучу денег на лекарства и врачей для моей бабушки, которая умерла в больнице. Почему врачи берут деньги не за результат, а за процесс? Представьте, если я, продал бы этому врачу товар в магазине бракованный и сказала бы – ну это же не от меня зависит, и деньги бы не возвращал, как бы интересно, врач на меня посмотрел?
У нас бывает немало приятелей, с которыми мы встречались только мимоходом. Они случайно промелькнули в нашей жизни, сыграли свою небольшую роль и исчезли со сцены. Произнесли, к примеру: «Граф был ранен на дуэли» или «Алёнка посылает вам сердечный привет, а больше я ничего не могу сказать». При этом многозначительно улыбнулись, или украдкой вздохнули, или просто тактично удалились, прямые и корректные.
У морозовцев командир – дрянь. Его так и зовут: Наша Мерзость. Он любит расположиться в проходе и ноги на что-нибудь положить так, чтоб проход перегородить, а ты, если пробираешься, то должен у него спросить разрешения, а он не торопится, любит потомить, а то и вопрос тебе какой-нибудь задаст: из устава спросит. А в специальности – жуткий дурак
Наверное, все помнят тот бородатый анекдот про фирменную финскую бензопилу и грубых сибирских мужиков. Пиле подложили сначала тоненькую тарную дощечку. «Дзынь» - весело сказала пила. «У-у-у, бля!» - сказали мужики. По ходу пьесы массив пиломатериалов все увеличивался: через доски и чурбаки к толстенным бревнам. Пила говорила свое «Дзынь» с каждым разом все протяжнее и напряженнее, а мужики свое «У-у-у, бля» - все также уважительно. Наконец, под занавес этой феерии пиле подложили рельс (по другой версии - бригадира). «Х-р-р» - сказала пила.
У нас в доме живет одна пожилая дама, которая называет себя Луизой. Впрочем есть некоторые, которые вовсю называют ее Лизкой, но она на это старается не реагировать. У нее есть кот, по имени Петр Петрович, и муж, который откликается на прозвище Мурзик. Именно так. Соответственно именам определяется и жизненный статус. Кот толстый, важный и избалованный до невозможности. Муж - маленький, худенький и какой-то зашибленный.