Приятельница жены говорит: «Слушайте! У вас столько знакомых, друзей, приятелей. Ну познакомьте меня наконец с каким нибудь приличным мужчиной! А то мне все какие-то негодяи попадаются!» Ага. А у меня как раз на примете бывший коллега, а ныне просто приятель, Серега. Во всех отношениях товарищ положительный, только слегка застенчив. И у него как бы тоже извечные проблемы с «познакомиться с хорошей девушкой». Ну и чего не помочь людям? Сказано – сделано.

Пригласили их в субботу на дачу. Шашлыки-машлыки, трындежь-пердежь и т.д. Познакомились. Вроде так приглянулись друг другу. Последнего толчка не хватает. Ну, толчок мы им тоже организовали. Серега-то практически рядом с нами живет. А эту принцессу надо на другой конец Москвы везти. Ну, я придумал уважительный повод, чтоб никуда не ехать, и Сереге говорю: «Возьми девушку на постой, на одну ночь».

Серега: «Конечно-конечно! Какой разговор!»

А эта хоть и в курсе была наших уловок, как бы для понту покобенилась:

«Что вы, что вы! Я уеду на метро. К незнакомому мужчине, на ночь, как

можно? И неудобства доставлять не хочу».

Серега: «Какие неудобства? Я выделю вам замечательный диван! А если вы

переживаете, что я буду к вам приставать с глупостями, так совершенно зря».

Она ко мне поворачивается и шепотом говорит: «Значит, самой придется».

Я киваю. «Ага», мол. Серега, повторяю, парень застенчивый. Сам инициативу точно не проявит.

Ну, в общем, скинули мы эту гору с плеч и домой. Строили на обратном пути

всякие версии дальнейшего развития событий и отношений. Нахихикались,

конечно. Чего там говорить.

На следующее утро (напомню, воскресенье, мы еще в постели) прется эта

лягушка заводная. И с порога нам предъявляет: «Вы с кем меня оставили? За кого вы вообще меня принимаете? Да как вам не стыдно?»

Мы обалдели, конечно. Жена сразу основную версию выдвинула: «Он что, к тебе ПРИСТАВАЛ? Ой, тьфу, в смысле – НЕ ПРИСТАВАЛ?»

Она говорит: «Да нет! С этим как раз все хорошо. Но у него же – НОГТИ!»

«Какие ногти?»

«НА НОГАХ! НОГТИ! Как у меня – на руках. Представляете? И вы меня

практически к нему в постель затолкали. Вам не стыдно?»

Я даже обалдел слегка. Лежу, говорю: «Слушай! Он, конечно, мой приятель. Но у нас не настолько близкие отношения, чтоб я ему ногти на ногах стриг».

А жена, предчувствуя скандал, говорит успокаивающе: «Да ладно, Лен! Ну у каждого же есть свои недостатки. Вон, мой в ухе спичкой любит ковырять. Знаешь, как раздражает? Сколько живем – ничего сделать не могу».

Выдала все мои пороки. А эта таратайка: «Да ты чтоооо!?»

И смотрит на меня так брезгливо. Будьто я восемнадцать младенцев зарезал и съел.

Жена: «Конечно! Подстрижешь ему ногти, и будет просто идеал мужчины».

«Да? А с этим что мне прикажете делать? Он же меня всю исцарапал!» -

говорит Ленка. При этом заголяется до исподнего и демонстрирует свои

филейные части. Лежащему, заметьте, в постели голому мужику. (Ну, сплю я

так. Поэтому и встать не могу).

Я аж присвистнул. Там такие протекторы остались, будьто мы ее не к Сереге на ночь определили, а к медведу гималайскому на зимовку. Ссадины. Синяки. Ужас!

Жена глаза круглые сделала и меня в бок пихает: «Вот это страсть!»

«Ага! Страсть, как же. Это уже после всего. Это он во сне пинается. Своими когтистыми манипуляторами».

«Ну и ушла бы спать на диван», – говорит жена.

«Ага! Я пошла. А там на диване – собака. Как зарычит!»

Ладно. Пошли они с женой на кухню кофе варить. Я вскочил, халат нахлобучил, и Сереге звонить.

«Привет!»

«Привет», – говорит Серега. Сонный. Недовольный. Злой даже.

«Ну как дела? Как Ленка? Уехала? Проводил?»

«Проводил? Да она ни свет ни заря соскочила. И слиняла. И слава Богу, кстати. Я хоть часик вздремнул».

«А что такое?» – спрашиваю я как ни в чем не бывало.

Серега затаился, видимо размышлял, говорить мне вообще или не стоит. Потом его прорвало.

«Знаешь, ты мне больше таких подруг не подкладывай! (Ага. Со своими-то

Серега нифига не застенчивый). Мало того, что она меня изнасиловала в

извращенной форме. Она ночью собаку мою напугала так, что та обоссалась

на диване. Но это еще фигня».

«А что? Что – не фигня?» – у меня аж мурашки побежали от предчувствия открывающихся тайных пороков давно знакомых людей.

«Слушай! Она – ХРАПИТ!»

«Тьфу ты! – говорю, – Серега! Напугал аж. Ну, подумаешь! Выпила девушка чуть-чуть. Лежала неудобно. Место незнакомое. Всхрапнула слегка. Экой ты, право, привередливый».

«Да? – спрашивает Серега. – Ты в армии служил?»

«Знаешь же, что служил».

«Так вот. Она не просто храпит. Она ХРАПИТ КАК РОТА ПЬЯНЫХ СТРОЙБАТОВЦЕВ!»

«Серег, не гони! Ну, пошептал бы ей чего на ушко, она бы и перестала».

«А я не шептал? Я сначала шептал. Потом плечико целовал. Потом гладил.

Потом потолкал слегка. Бесполезно! Храпит так, что стенки трясутся. Я

боялся, что соседи стучать начнут. Пришлось ее слегка пнуть».

«Фу, как неприлично! Помогло?» – осторожно спросил я.

«Знаешь – помогло. Помогло! Ровно на пять минут!»

Серега помолчал чуть-чуть, а потом выдал: «МНЕ ПРИШЛОСЬ ПИНАТЬ ЕЁ ВСЮ НОЧЬ. С ПЕРИОДОМ В ПЯТЬ МИНУТ».

На кухне две подруги пили кофе и занимались очень интересным делом.

Перед ними лежал наполовину исписанный лист бумаги. Они составляли

список мужских пороков, с которыми Ленка не уживется НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ,

НИ ПРИ КАКИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ. Самыми безобидными были: «ковыряет в носу», «чешет промежность», «перхоть», «писает мимо унитаза», «шепелявит» и многое, многое другое.

Я спросил: «Слушай, Лен. А у тебя самой-то какие нибудь пороки есть?»

«Честно?»

«Нет, давай соври мне чего нибудь. Я что, жениться на тебе собираюсь?»

«Есть!»

Она задумалась надолго, потом покраснела и сказала, потупив глаза:

«Я пишу с ошибками».

Когда список был закончен, а занимал он полторы страницы мелким почерком, жена еще раз внимательно его просмотрела, подумала, вздохнула,

и сказала печально: «Знаешь, Лен. Оказывается, у нас среди знакомых практически нет приличных людей. Извини».